«…И еще раз учиться!» Зачем это нам, взрослым?

«

Для чего взрослые, уже состоявшиеся профессионалы получают второе, третье, четвертое образование, занимаются на разнообразных курсах – от иностранных языков и актерского мастерства до лепки и каллиграфии? Иногда мы, увлекаясь очередным процессом, и сами не осознаем, зачем нам это нужно. Попробуем разобраться.

Познать себя 
Человек среди людей 

«…И еще раз учиться!» Зачем это нам, взрослым?

«Физфак и аспирантура, потом юридическая академия — было и интересно, и полезно, — 38-летняя Катерина вспоминает, где и чему она училась. — Потом свой бизнес и, соответственно, бизнес-образование. А еще танцы — для души. Сейчас хожу на писательские курсы. Но уже думаю, чем займусь дальше». Катерина — одна из многих, кто не останавливается на достигнутом и отправляется получать новые знания.

Кому-то нужны «корочки» для работы, кому-то хочется встретить единомышленников, а кто-то следует моде на образование, охватившей россиян в последние 30 лет. Есть и другие причины, причем далеко не всегда осознаваемые, считает психоаналитический терапевт Илья Суслов.

«Прежде чем бросаться на поиски нового образования, стоит разобраться в своих потребностях, — убежден он. — Не исключено, что есть более короткий путь к их удовлетворению. А также, понимая, чего хотим, мы можем сделать обучение максимально эффективным».

Явные и скрытые мотивы

Психотерапевт рассказывает случай из своей практики: «Клиентка призналась, что пошла на курсы кройки и шитья, не зная зачем: «Шить не люблю и вряд ли буду, но что-то потянуло». В работе выяснилось, что хорошо шила ее мама, по которой она сильно скучает: они живут в разных городах. И все встало на свои места, ведь знания с точки зрения психологии — аналог еды. А еда, в свою очередь, — это тепло и любовь». Может быть, именно их нехватку мы восполняем через очередные курсы и мастер-классы?

«Много тех, кому в свое время велели учиться родители, и, по сути, у них остается незакрытый гештальт: им так и не удалось получить образование по душе, — продолжает Илья Суслов. — Спустя годы они встречаются с чем-то, что им интересно, у них появляется сильный мотив учиться». Осознанное обучение открывает второе дыхание в карьере, расширяет контакты, позволяет постоянно «быть в теме», в атмосфере «движухи», что особенно важно для творческих людей. «За профессиональной учебой стоит желание быть «быстрее, выше, сильнее», — замечает медицинский психолог, нейропсихолог Юлия Пунина. — И в хобби тоже можно совершенствоваться, получая еще больше удовольствия от процесса и результата.

Всегда есть какая-то цель и мотив — без этого процесс обу­чения организовать невозможно». Но цели мы обычно ставим сознательно, а вот мотивы нередко остаются за гранью осознания, иногда мешая достигать поставленных целей.

На различные курсы, тренинги, в театральные и кинокружки нас порой приводит дефицит ярких и сильных ощущений в повседневности

«Низкая самооценка может заставлять постоянно учиться того, кому кажется, что без кандидатской степени или диплома MBA он не полноценный специалист», — объясняет Илья Суслов. Но получив желанную степень, он обнаруживает, что есть и другая, еще более весомая и почетная…

В «вечных студентов» превращает нас и боязнь перейти от теории к практике: «А вы знаете, в нашей профессии учатся по 8-10 лет, а то и всю жизнь». «У таких Питеров Пэнов есть вторичные выгоды, — поясняет Илья Суслов. — «Я по-прежнему молодой, я блистаю среди студентов, и это защищает меня от сомнений, буду ли я таким же особенным за дверями вуза»».

На различные курсы, тренинги, в театральные и кинокружки нас порой приводит дефицит ярких и сильных ощущений в повседневности. А здесь можно получить доступ к искренним чувствам, погневаться и порыдать — почувствовать себя живым. Но разве это проблема? «Только в том случае, если это превращается в зависимость от эмоционального допинга», — уточняет психотерапевт.

Сложно остановиться и тем, кто, однажды попав к гуру, продолжает к нему ходить на все программы подряд. «Они видят в учителе идеального, принимающего, доброго отца или мать, — продолжает Илья Суслов. — Создают привязанность с образом важного и близкого человека, которого, возможно, в реальности у них не было».

«…И еще раз учиться!» Зачем это нам, взрослым?

По семейным обстоятельствам

Получая дополнительное образование, мы втайне надеемся залечить раны прошлого. Илья Суслов приводит пример: «У моего клиента, поступившего на курсы сомелье, отец был алкоголиком. И у него появилась бессознательная фантазия: если бы у нас в семье была культура пития, то не случилось бы беды. Так он пытается подправить семейную историю».

Осваивая умения, которыми владели умершие родные, мы справляемся с горем: вяжем, как бабушка, или красим стену, как папа. «Мы идентифицируемся с ушедшим близким — так работает одна из защит психики, — объясняет психотерапевт. — И нам становится легче».

Но получение знаний может быть и формой протеста против семейных предписаний, попыткой найти свой неповторимый путь.

«Сидит менеджер на рутинной работе, хотя в детстве мечтал петь, но родители не отдали в музыкальную школу; или грезил о балете, а в семье не было денег на студию, — размышляет Илья Суслов. — Когда в терапии удается снять запреты, клиенты несколько месяцев жадно пробуют все подряд: вокал, лепку, танцы, рисование — все, что не получили ребенком».

Бывает, творческие эксперименты заканчиваются быстро, но кто-то продолжает искать себя годами, бросаясь из крайности в крайность. «В зрелом возрасте построить карьеру заново трудно, и не обязательно радикально менять профессию ради увлечения, — замечает Юлия Пунина. — Оно может стать любимым хобби, дающим силы и энергию».

Тренировка для мозга

С точки зрения нейропсихологии обу­чение — однозначно полезное дело. «Мозг — сложная система со своими законами развития, — напоминает Юлия Пунина. — Любой освоенный навык формирует новые нейронные связи как у ребенка, так и у взрослого». Возможность создавать новые связи может оказаться решающей в борьбе за активное долголетие.

«Наш мозг как часть биологического организма начинает стареть рано: по некоторым данным, уже после 25 лет запускаются необратимые деградационные процессы, — сообщает нейропсихолог. — Но мы можем затормозить их, нагружая мозг!»

Что эффективнее — решение математических задач или вышивка? «И то и другое полезно, — уверена Юлия Пунина. — Рукоделие больше стимулирует участки мозга, отвечающие за моторику и образное мышление, математика и шахматы — за логику и пространственные представления, изучение языков активизирует процессы памяти, восприятия речи и ассоциативное мышление. Что бы вы ни выбрали в качестве хобби или дополнительного обучения — ваш выбор в пользу нервных связей в мозге».

Для абсолютного слуха надо родиться с хорошими корковыми участками головного мозга и развивать способности с детства

А есть навыки, которые мы приобретаем раз и навсегда: например, плавание или езда на велосипеде. «Есть структуры мозга, которые хранят информацию на уровне глубокой моторной памяти «вечно», если здоровье в порядке», — поясняет нейропсихолог. Усвоенный навык спас жизнь 42-летнему Александру: «Я прошел курсы экстремального вождения из любопытства. Как-то сворачиваю со МКАД, а там ремонт шоссе. Думал, врежусь, но затормозил за метр до отбойника. Рефлекс выработался!»

А можно ли развить во взрослом возрасте музыкальный слух? «Для абсолютного слуха надо родиться с хорошими корковыми участками головного мозга и развивать способности с детства, — считает Юлия Пунина. — Но даже если нам медведь наступил на ухо, мы получим шанс без фальши спеть знакомую мелодию. Играя на музыкальном инструменте, мы глобально задействуем все участки мозга и многие процессы».

Прекрасное средство против старения — занятия танцами. Это не только физическая нагрузка, но и настоящая терапия. Эти занятия объединяют движения, координацию, восприятие музыки и собственное чувство ритма. Все это усиливает выработку дофамина — гормона удовольствия, снижая уровень стресса и напряжения.

Поделиться:
Короткая ссылка на статью: https://3475.ru/Cp2Rw

Комментарии

Добавить комментарий

Вход на сайт

Следуй за мной…